Глава 24

Кагуя молчала, глядя на мальчика с выражением, которое сложно было назвать человеческим. В её глазах застыло изумление, смешанное с недоверием; она привыкла видеть в людях либо страх, либо алчную жажду власти, но не это странное, тихое принятие. Воздух вокруг них казался густым и тяжелым, пропитанным остатками её древней энергии, однако Боруто даже не вздрогнул, продолжая стоять на месте.

— Ты не похож на остальных, — наконец произнесла она, и её голос эхом отозвался в пустом пространстве полигона. — Твоя сила... она не просто велика. Она спокойна.

Боруто слегка улыбнулся, чувствуя, как внутри него пульсирует бесконечный поток чакры, идеально подчиненный его воле. Он больше не пытался подавить эту мощь или спрятать её, чтобы не привлечь внимание. Сейчас это было бессмысленно — перед ним стояла та, кто знала истинную цену такой силы и всю ту пустоту, что неизбежно следует за ней.

— Одиночество делает нас сильными, но оно же делает нас слепыми, — ответил он, делая шаг вперед. — Вы так долго были одна, что забыли, как это — когда кто-то просто стоит рядом. Без желания сражаться или использовать вас.

Кагуя медленно подняла руку, словно хотела коснуться его или оттолкнуть, но пальцы замерли в воздухе. Её взгляд стал более пристальным; она искала в нём подвох, скрытый мотив или тень обмана, но находила лишь искренность. Это смущало её больше, чем любое дзюцу или физическая атака.

— Ты предлагаешь мне понимание? — её голос дрогнул. — Ты всего лишь ребенок, который даже не помнит времен войны кланов. Что ты можешь знать о том, что значит быть отвергнутой всем миром?

— Я знаю, каково это, когда тебя видят только как инструмент или символ чего-то большего, чем ты сам, — Боруто спокойно посмотрел ей прямо в глаза. — Мы с вами в этом похожи больше, чем вы думаете. Только я решил, что с этим можно жить иначе.