Глава 1

Мери захлопнула дверь офиса с таким облегчением, будто за спиной осталась не просто работа, а камера смертников. Вечерний воздух был прохладным и влажным, пахнущим старым бетоном и выхлопными газами. Она поправила ремешок сумки на плече и пошла в сторону метро, стараясь не смотреть на часы — до дома было еще двадцать минут пешком, если не считать пересадки.

Город вокруг казался обычным, но что-то в нем сегодня было неправильным. Тишина. Слишком много тишины для центрального района в семь

Они шли молча, и только звук их шагов нарушал звенящую тишину. Мери с трудом переставляла ноги, чувствуя, как влажный воздух становится всё тяжелее. Каждый вдох давался с трудом, словно она пыталась вдохнуть воду; легкие жгло, а в горле скопился горький привкус железа. Мужчина впереди шел уверенно, даже не оборачиваясь, но она видела, как напряжены его плечи и каким цепким взглядом он всматривается в белизну перед собой.

— Почему вы помогаете мне? — наконец спросила она, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Вы ведь даже не знаете, кто я.

Он на мгновение замедлил шаг, но не остановился. — Потому что в одиночестве здесь сходят с ума быстрее. А мне не хочется слышать чужие вопли за спиной, когда я пытаюсь соображать.

Мери хотела ответить, но слова застряли в горле. Она заметила, что поверхность под её ногами изменилась: вместо привычного асфальта теперь была какая-то податливая, мягкая масса, напоминающая влажную глину или пепел. Она испуганно вскрикнула и замерла, глядя вниз.

Мужчина резко обернулся. В его глазах мелькнуло раздражение, смешанное с чем-то похожим на сочувствие. — Не смотри вниз и не останавливайся. Просто иди за мной и старайся не думать о том, где мы находимся на самом деле.

— Что значит «на самом деле»? — Мери попятилась, чувствуя, как паника начинает захлестывать её с головой. — Где мы?

Вместо ответа он внезапно схватил её за руку и с силой потянул за собой. Мери вскрикнула от неожиданности, но последовала за ним, спотыкаясь и едва не падая. Впереди, в плотном мареве, что-то шевельнулось — огромная темная тень проскользнула справа от них, почти задев плечо мужчины. Тот мгновенно напрягся и ускорил шаг, переходя на быстрый бег.

— Скорее! — рявкнул он через плечо.

Мери рванулась вперед, чувствуя, как холодный воздух обжигает ей лицо, а сердце бьет в ребра, словно пойманная птица. Она больше не видела улиц своего города — только спину незнакомца и бесконечную, удушающую белизну вокруг них.

вечера. Машины стояли плотными рядами, но водители не сигналили; они просто сидели внутри, глядя вперед пустыми глазами.

Когда она свернула в узкий переулок, чтобы срезать путь, туман возник из ниоткуда.

Сначала это была легкая дымка, едва заметная серая вуаль, которая смешивалась с вечерними сумерками. Но через мгновение мир вокруг Мери начал стремительно бледнеть. Белое марево хлынуло со всех сторон, тяжелое и плотное, словно взбитые сливки или расплавленный воск. Оно поглотило стены зданий, обрывки рекламных плакатов и даже свет фонарей, превратив их в размытые желтые пятна.

Мери остановилась. Сердце забилось быстрее, отдаваясь глухим стуком в ушах. Она сделала шаг назад, затем другой, пытаясь разглядеть дорогу, по которой пришла. Но за спиной была лишь стена белого безмолвия.

— Эй! — позвала она, и собственный голос показался ей чужим, слишком тонким и слабым. — Есть кто-нибудь?

Ответа не последовало. Только влажный холод проникал сквозь тонкую ткань её пальто, заставляя кожу покрываться мурашками. Мери сжала лямку сумки так сильно, что пальцы побелели. Она не была из тех людей, кто легко впадает в панику; её жизнь была расписана по минутам, структурирована и предсказуема. Но здесь, в этом молочном коконе, время словно перестало существовать.

Она пошла вперед, осторожно прощупывая путь носком туфель. Каждый шаг давался с трудом — воздух стал густым и липким, он обволакивал её тело, затрудняя дыхание. Казалось, что туман не просто окружает её, а пытается просочиться внутрь через рот и нос, заполнить легкие своим холодным веществом.

Вдруг впереди мелькнул силуэт. Мери замерла, затаив дыхание.

— Помогите! — выдохнула она, подаваясь вперед.

Силуэт обернулся. Это был мужчина в темном плаще с поднятым воротником. Его лицо было скрыто тенью от капюшона, но она видела блеск глаз — настороженных и внимательных. Он не сдвинулся с места, лишь слегка наклонил голову набок, изучая её так, словно она была каким-то странным объектом или угрозой.

— Ты тоже здесь застряла? — спросил он низким голосом с явным недоверием.

— Я... я просто шла домой с работы, — Мери сделала неуверенный шаг к нему. — Что это за туман? Откуда он взялся?

Мужчина усмехнулся — коротко и горько. Он вышел из тени вперед, и Мери увидела его лицо: резкие черты, глубокие морщины у рта и взгляд человека, который видел слишком многое и больше не верил ничему.

— Это не туман в обычном смысле слова, — сказал он, обходя её по кругу и внимательно осматривая дорогу позади неё. — И домой ты уже не попадешь сама по себе.

— Почему вы так уверены? — Мери почувствовала, как внутри растет тревога.

— Потому что я здесь уже три часа, — он указал рукой куда-то вдаль белого марева. — И всё, что я нашел за это время — это бесконечные стены из этого проклятого молока и звук собственного сердца в ушах. Мы в ловушке, девочка.

Мери отступила на шаг назад. Его тон был резким, почти грубым, а глаза выражали подозрение. Она не знала этого человека и не хотела доверять ему сейчас, когда мир вокруг буквально рассыпался на части. Однако мысль о том, чтобы остаться одной в этой белой пустоте, была куда страшнее любого незнакомца с холодным взглядом.

— Как вас зовут? — спросила она тихо.

— Это не имеет значения. Важно только одно: если хочешь выйти отсюда живой, тебе придется идти со мной. Или остаться здесь до тех пор, пока этот туман не решит тебя переварить.

Мери посмотрела вокруг себя; стены зданий окончательно исчезли — теперь вокруг были лишь бесконечные равнины белого цвета без горизонта и неба. Она снова посмотрела на мужчину и медленно кивнула.

— Хорошо, — прошептала она. — Я пойду с вами.

Мужчина развернулся без предупреждения и зашагал вперед вглубь марева. Мери поспешила за ним, стараясь не отставать ни на шаг; она чувствовала себя маленьким ребенком в лесу ночью — беззащитной и полностью зависимой от того, кто шел впереди неё в темноте белого дня.