Глава 1

Дождь в Нижнем городе никогда не приносил свежести; он лишь превращал пыль и копоть в липкую серую жижу, которая забивалась в трещины старой обуви и въедалась в кожу. Элиза плотнее запахнула на плечах потертый плащ, стараясь обходить глубокие лужи. В руках она сжимала сверток с остатками хлеба и вяленым мясом — всё, что удалось выменять за день тяжелого труда в прачечной.

Узкие улицы здесь напоминали лабиринт, где каждый поворот мог привести либо к знакомому рыночному ряду, либо в тупик, пахнущий гнилью и заброшенностью. Элиза любила эти переулки за их тишину, когда шум главного тракта затихал, оставляя её наедине с мыслями. Но сегодня тишина казалась неестественной. Даже бродячие псы, обычно встречавшие её привычным лаем, исчезли, словно почуяв нечто чуждое.

Она свернула за угол, надеясь сократить путь к своему жалкому жилищу, когда заметила высокую фигуру впереди. Мужчина стоял спиной к ней, глядя на облупившуюся стену старого склада. Его одежда была странной для этих мест: дорогой черный бархат, расшитый серебряной нитью, который даже в сумраке дождя переливался холодным блеском. В Нижнем городе такие вещи встречались реже, чем честный торговец.

Элиза замедлила шаг, чувствуя странное беспокойство. Мужчина обернулся, и девушка замерла.

Его лицо было безупречным, словно высеченным из белого мрамора мастером древности. Острые скулы, прямой нос и глаза — глубокого янтарного цвета с вертикальным зрачком, который расширялся и сужался в такт его дыханию. Это был дракон. Наследный принц Каэлюм, чье изображение она видела лишь на старых монетах и редких гравюрах в городских архивах.

— Ты заблудилась, дитя? — голос его прозвучал низко и рокочуще, перекрывая шум дождя.

Элиза смутилась и сделала шаг назад, едва не споткнувшись о разбросанный мусор.
— Нет, господин... я просто возвращаюсь домой. Простите, я не хотела вас беспокоить.

Каэлюм смерил её внимательным взглядом. В его глазах не было презрения или брезгливости, которые обычно проявляли представители высшего сословия при виде обитателей трущоб. Напротив, он смотрел с жадным любопытством, словно видел перед собой не нищую девушку в рваном плаще, а величайшую загадку своего века.

— Ты не похожа на местных жителей, — заметил он, делая шаг к ней.

Элиза почувствовала, как сердце забилось быстрее. Воздух вокруг принца казался плотным и горячим; от него исходил запах озона и старой бумаги, запах грозы и библиотек. Она хотела ответить, но слова застряли в горле.

— Откуда ты родом? — спросил он мягко, но требовательно.

— Я не помню... — прошептала она, опуская взгляд. — Мои родители погибли, когда я была совсем маленькой. Я выросла здесь.

Каэлюм протянул руку, словно хотел коснуться её волос или щеки, но в последний момент передумал и просто указал на её запястье, где из-под рукава плаща виднелась тонкая полоска кожи с едва заметным шрамом в форме спирали.

— Это знак? — спросил он с внезапным напряжением в голосе.

Элиза инстинктивно спрятала руку.
— Это просто старая рана...

В этот момент из-за поворота раздались тяжелые шаги кованых сапог и лязг доспехов. Городская стража искала своего господина. Каэлюм на мгновение помрачнел; его взгляд стал холодным и отстраненным.

— Мне пора идти, — коротко бросил он. Но прежде чем развернуться, он сделал шаг вперед и на мгновение коснулся её пальцев своими — холодными и твердыми.

Элизу пронзила вспышка боли и тепла одновременно. В её сознании всплыли обрывки образов: золотые горы, небо, полное огня, и голос матери, шептавший ей что-то о крови и небесах. Она охнула и отпрянула, разрывая контакт. Каэлюм замер, его зрачки расширились до предела, а дыхание стало прерывистым.

— Что это было? — выдохнула она, прижимая руку к груди.

Принц молчал несколько секунд, глядя на неё так, будто видел впервые в жизни — или спустя тысячу лет разлуки.
— Возможно... начало чего-то очень важного для нас обоих.

Голоса стражников стали слышны совсем рядом: «Принц Каэлюм! Где вы?»

— Прощай... — Каэлюм быстро отступил назад в тень переулка. — Помни этот момент. Мы встретимся снова.

Он исчез так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь запах грозы и странное чувство пустоты в груди Элизы. Она стояла одна под дождем, глядя туда, где мгновение назад был самый могущественный человек в царстве драконов. Её пальцы всё еще покалывало от его прикосновения, а в голове эхом звучали слова матери о небесах... небесах, которые теперь казались ей куда ближе, чем когда-либо прежде.