Прошлое

Город медленно погружался во тьму. Его огни, как звезды на ночном небе, одна за другой зажигались, сливаясь в удивительные созвездия.

Волны залива всё так же тихо и неторопливо бились, качая, отражающиеся в них облака.

Мальчишка мирно посапывал, в теперь уже, своей, отдельной, комнате.

Его портфель-космонавт, висящий на стуле, смотрел в окно, словно с надеждой и призывом отправиться вместе со своим другом на поиски новых звезд.

Молодая женщина, мать мальчика, поправила его одеяло, склонившись над детской кроваткой, поцеловала малыша в пухленькую щечку и вышла, слегка прикрыв за собой дверь.

Она остановилась в небольшом коридорчике напротив зеркала.

Густые медные волосы струились по её хрупким плечам. Их непослушные пряди падали на худое лицо. Глубокие карие глаза. Тоска и усталость, которые читались, кажется, навсегда поселились в ним и пропадают лишь при появлении сына, её милого солнечного мальчика.

— Всё будет хорошо, —

Сказала она сама себе.

Анна или просто Аня. Так звали эту ещё молодую девушку.

Ей было всего двадцать пять лет. Однако много трудностей уже довелось перенести ей, но теплилась надежда на лучшее.

Новый дом был уютным, но пока ещё совсем пустым. Ничего. У неё получится наполнить его теплотой и любовью. Она справится. Всегда получалось.

В холодильнике, её ждала бутылка белого сухого. Рислинг, Германия. Это именно то, чего так сейчас не хватало.

Достать лед. Наполнить бокал. Перезвон ледяных стекляшек наполняли комнату холодом.

Первый бокал. Второй. Она выпила их поочередно. Забытье. Не дать возможность мыслям посещать её, и без того уставшее, сознание.

Третий.

Она села с ногами на мягкий и уютный диван на кухне. Тут она и будет спать в ближайшее время.

Положила в рот белый шарик сыра и спокойно выдохнула.

Из окна было видно луну, дальше...

Она закрыла глаза.

В воспоминаниях снова всплыл резкий запах его одеколона. Она не сможет его забыть, даже если и захочет.

- Ты во всем виновата-

Крик вонзается в затуманенное сознание

- Это ты. Из-за тебя разрушилась наша семья -

Заон разбитой тарелки. Осколки разлетаются по полу. Следующая в стену летит кружка, за ней настает очередь девушки. Упав, от сильного удара, она поранилась об осколки, которыми был уже усыпан пол. Ее подняли сильные мужские руки и снова зашвырнули в стену.

- Дура -

....

Крик эхом стоит в ушах. Это всего лишь воспоминания. Нужно выдохнуть и расслабиться.

На ладонях виднелись шрамы, как страшное напоминание, что это всё было не сном.

Всё в прошлом.

Она допила вино из бокала, убрала в холодильник бутылку и аккуратно легла спать на свой диванчик.

- Дура -

Крик и звон стекла снова пронеслись в ее голове, прежде, чем она уснула.

Сон был тяжёлым и рваным. Ей казалось, что она всё ещё стоит в той пустой кухне, сжимая в руках острый осколок керамики, пока по комнате разносится глухой рокот грома. Вспышки света ослепляли, и каждый удар сердца отдавался в висках болезненным ритмом.

Она вздрогнула и открыла глаза. В комнате было темно, лишь слабый свет уличных фонарей просачивался сквозь занавески, рисуя на потолке причудливые серые полосы. Диван оказался жёстким, спина затекла, а во рту остался неприятный привкус вина и сыра.

Аня приподнялась на локтях, прислушиваясь к тишине дома. Где-то вдалеке послышался шум проезжающей машины, а в соседней комнате тихо сопел сын. Этот звук — ровное, спокойное дыхание ребёнка — подействовал лучше любого снотворного. Она медленно выдохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах.

Её взгляд упал на телефон, лежащий на краю дивана. Экран был тёмен; никаких уведомлений, никаких входящих сообщений. Тишина, которую она так долго искала, наконец-то наступила, но вместо облегчения пришла странная, тягучая пустота.

Она поднялась, босиком прошла по прохладному полу в сторону окна и прислонилась лбом к стеклу. Город снаружи продолжал жить своей жизнью, не подозревая о маленькой драме, разыгравшейся в этой квартире. Аня смотрела на огни и думала о том, что теперь ей придётся учиться жить заново — без криков, без страха и без него.