Глава 1

Небо над Карибским морем превратилось в грязный свинец, когда первая молния расколола горизонт, оставив после себя запах жженого металла и озона. Шхуна «Черная чайка» кренилась так сильно, что юнге Lilu казалось, будто весь мир решил перевернуться вверх дном.

— Держись за леера, щенок! — рявкнул боцман по кличке Грязная блоха,и перекрывая рев ветра.

Грязная блоха был массивным мужчиной с лицом, изрезанным глубокими морщинами, которые в этот момент казались трещинами в старом камне. Он схватил Lilu за шиворот и буквально впечатал его в деревянный борт, когда очередная волна с грохотом обрушилась на палубу, заливая всё вокруг соленой пеной и мусором.

— Где капитан?! — закричал Lilu, захлебываясь водой.

Грязная блоха ничего не ответил. Он лишь взглянул в сторону капитанского мостика и выругался так грязно, что даже привыкший к пиратской брани мальчик поморщился. Мостик был пуст. Только разболтанный штурвал бешено вращался под ударами ветра, а дверь в каюту капитана была распахнута настежь, хлопая в такт качке.

На палубе воцарился хаос. Матросы, охваченные первобытным ужасом, метались между канатами и пушками, пытаясь удержать груз золотых слитков и драгоценных тканей, добытых в последнем рейсе. Но золото больше не имело значения. Корабль несся вперед, прямо на острые зубы рифов, которые маячили впереди черными тенями сквозь завесу дождя.

— Он сбежал! — закричал кто-то из команды. — Капитан взял шлюпку!

Грязная блоха схватил Lilu за плечо, его пальцы впились в кожу до боли.
— Слушай меня внимательно! Если хочешь жить — не отпускай эту веревку!

Матрос силой заставил мальчика обхватить толстый канат, который удерживал одну из мачт. Сам Грязная блоха попытался дотянуться до руля, чтобы хотя бы немного изменить курс, но в этот момент корабль содрогнулся всем корпусом. Раздался оглушительный треск — дерево лопалось, словно сухая ветка.

«Черная чайка» врезалась в скалы с такой силой, что Lilu почувствовал удар всем телом. Мир вокруг него взорвался осколками дерева и криками людей. Корабль начал стремительно погружаться в бурлящую бездну, затягивая за собой всё: людей, ядра, обрывки парусов и золото, которое теперь стало бесполезным грузом.

Lilu почувствовал, как веревка выскользнула из его пальцев. Следующий вал воды накрыл его с головой, вырывая из объятий Грязной блохи. Холод был таким невыносимым, что легкие мгновенно сжались; вода хлынула в рот и нос, обжигая солью и песком.

Он пытался всплыть, но тяжелая одежда тянула его вниз. Где-то сверху слышались крики людей, всплески и глухие удары об камни. Lilu видел сквозь толщу воды искаженное лицо Грязной блохи — тот пытался дотянуться до него, протягивая руку через бушующую пену... но расстояние между ними увеличивалось с каждой секундой.

Темнота начала медленно застилать глаза. Последнее, что он помнил — это ритмичный шум прибоя и странное чувство облегчения от того, что борьба окончена. Сознание угасло под мерный гул океана, который теперь стал его единственным спутником.

Когда Lilu открыл глаза, небо было серым и спокойным. Он лежал на мокром песке, чувствуя каждую песчинку своим лицом. Тело ныло от бесконечных ушибов, а одежда превратилась в рваные лохмотья. Вокруг не было ни души — только обломки корабля, разбросанные вдоль берега черными скелетами древесины.

Он сел, тяжело дыша и глядя на линию горизонта. Океан больше не рычал; он тихо шелестел у его ног, словно извиняясь за всё произошедшее. В голове крутился какой-то обрывок мелодии — старая песня, которую пели матросы во время долгого перехода.

Lilu попробовал вспомнить слова, но они ускользали. Он открыл рот и тихо запел первым пришедшим на ум мотивом:
— Плыли мы по морю...ветер рвал штурвал...капитан -залупа с корабля сбежал...

Голос звучал хрипло и слабо, но он продолжал петь, потому что тишина вокруг была слишком страшной. Песня становилась его щитом против пустоты этого необитаемого берега.