Возвращение.

Глава первая. Дорога в никуда

Дождь начался ещё утром и к вечеру так и не прекратился. Мелкие капли бесконечно скользили по лобовому стеклу, разбегались под дворниками и снова появлялись, словно дорога впереди никогда не собиралась становиться сухой.

Мира ехала молча. Радио было выключено уже давно, а телефон лежал экраном вниз на пассажирском сиденье. Она не хотела видеть сообщения, не хотела отвечать и уж тем более не хотела объяснять, почему уехала.

В последнее время ей слишком часто приходилось объяснять себя.

Почему она устала. Почему не хочет разговаривать. Почему ей нужно побыть одной. Почему не может просто взять себя в руки и жить как раньше.

Особенно последнее.

Как раньше.

Мира уже не помнила, когда именно перестала понимать, что это значит.

Она крепче сжала руль и посмотрела на дорогу. За окном проплывали редкие деревни, затем исчезли и они. Остался только лес — тёмный, мокрый, почти бесконечный. Вода блестела на голых ветвях, а между деревьями постепенно собирался вечерний туман.

На экране навигатора светилось: 18 километров.

Мира посмотрела на цифры и невольно усмехнулась. Ей казалось, что она едет уже целую жизнь.

Через несколько минут дорога свернула вправо, и асфальт закончился. Колёса зашуршали по мокрому гравию.

Мира сразу узнала этот поворот.

В детстве ей казалось, что здесь начиналась другая страна. Отец всегда снижал скорость перед лесом, хотя дорога была почти пустой.

«Не спеши здесь», — говорил он.

Тогда она не понимала почему.

Теперь, спустя столько лет, ей казалось, что она наконец поняла.

Некоторые места не любят, когда через них проезжают слишком быстро.

Мира убрала ногу с педали газа. Машина медленно двигалась между деревьями, пока впереди не появились первые очертания дома.

Сначала она увидела крышу. Потом серую каменную стену, высокие окна и тёмные деревянные детали.

Особняк стоял на небольшом возвышении, окружённый лесом. Серый гранит потемнел от дождя, а старый дуб вокруг окон и под карнизами казался почти чёрным. Крыльцо заросло мхом, а по краям дорожки разрослись кусты.

Дом выглядел не заброшенным.

Скорее забытым.

Как человек, которого слишком долго никто не навещал.

Мира остановила машину, но ещё несколько секунд не выключала двигатель. Она просто смотрела вперёд.

В окнах не было света.

Конечно.

Здесь никто не жил.

По крайней мере, теперь.

Она выключила двигатель и вышла из машины. Холодный дождь сразу коснулся лица. Мира подняла воротник пальто, достала из кармана ключ и некоторое время просто стояла перед дверью.

Ключ оказался тяжелее, чем она помнила.

Она вставила его в замок и повернула.

Дверь открылась с глухим скрипом.

Из дома пахнуло пылью, старым деревом и чем-то настолько знакомым, что Мира на мгновение задержала дыхание.

Она переступила порог.

Прихожая почти не изменилась. Высокий потолок, тёмные деревянные панели, большое старое зеркало и лестница, уходящая на второй этаж. На стенах висели фотографии.

Мира сняла перчатки и подошла ближе.

Одна фотография была совсем маленькой. Она сняла её со стены.

На снимке была девочка лет семи — слишком серьёзная для своего возраста. Рядом стоял её отец и улыбался.

Мира долго смотрела на его лицо.

Она почти забыла эту улыбку.

— Привет, пап, — тихо сказала она.

Голос прозвучал непривычно тихо даже для пустого дома.

Она поставила фотографию обратно и прошла в гостиную.

Здесь всё было покрыто тонким слоем пыли: большой камин, тёмное кресло, книжный шкаф, старый диван. За высокими окнами уже сгущались сумерки, и дождь тонкими струями стекал по стеклу.

Мира подошла к камину и провела пальцами по холодному камню.

В памяти неожиданно всплыл другой вечер.

Ей было десять. За окном шёл снег, отец сидел в этом самом кресле и читал книгу, а она лежала на ковре возле огня.

Тогда ей казалось, что ничего плохого с ней никогда не случится.

Мира закрыла глаза.

Воспоминание исчезло.

Перед ней снова был пустой дом.

— Не начинай, — тихо сказала она самой себе.

Она приехала сюда, чтобы от них спрятаться.

Мира сняла пальто, разожгла камин и поставила чайник. Через полчаса в гостиной стало теплее. Она сидела на полу перед огнём, завернувшись в старый плед, который нашла в шкафу.

Дождь стучал по окнам.

Пламя отражалось в стекле.

Телефон всё ещё лежал экраном вниз.

Мира наконец взяла его. На экране было несколько десятков сообщений. Она посмотрела на них, задержала взгляд всего на пару секунд, а затем выключила телефон и положила обратно.

Сегодня она никому ничего не должна.

Эта мысль почему-то принесла облегчение.

Она поднялась и подошла к окну.

За домом начинался сад. Когда-то он наверняка был ухоженным: здесь ещё угадывались старые дорожки, заросшие травой, а дальше между деревьями темнел пруд.

Мира долго смотрела в ту сторону.

Завтра она туда пойдёт.

Просто посмотрит.

Ничего больше.

Она вернулась к камину и снова села.

Дом постепенно погружался в тишину.

Не в ту городскую тишину, за которой всё равно слышны машины, соседи, лифт или чьи-то шаги за стеной. Здесь тишина была настоящей. В ней слышно было собственное дыхание, потрескивание дров и дождь за окнами.

Мира сидела одна и впервые за очень долгое время никто не требовал от неё быть кем-то другим.

Не счастливой.

Не сильной.

Не нормальной.

Просто Мирой.

Она ещё не знала, что эта тишина станет для неё не концом чего-то, а началом.