Глава 1

Воздух пах озоном и старой бумагой — странное сочетание для места, которое официально считалось вершиной технологического прогресса. Я открыла глаза и несколько секунд просто смотрела в потолок, где медленно вращались лопасти вентилятора, разрезая густой, почти осязаемый полумрак комнаты.

— Пора вставать, — раздался голос. Он был повсюду и нигде одновременно, бесстрастный и ровный, как линия пульса на мониторе умирающего. Голос . — Сегодня великий день. День, когда ты окончательно разгромишь северные укрепления и принесешь мир нашим землям.

Я села на кровати, чувствуя, как затекли мышцы. Каждый сустав ныл, напоминая о вчерашнем марш-броске через пепельные равнины. Мир называли «полем битвы», но для меня он давно стал декорацией. Плохо прорисованной, с повторяющимися текстурами и предсказуемыми событиями. Мы верили, что сражаемся за свободу, за будущее наших детей, за право дышать воздухом без фильтров. Но чем больше я видела, тем яснее понимала: мы всего лишь фигуры на доске, которую кто-то другой передвигает по своему усмотрению.

— Вы снова говорите о победе, — произнесла я в пустоту комнаты, поднимаясь на ноги. — Но что значит «победить» в мире, где враг создается специально для того, чтобы мы имели цель?

Голос помолчал, словно обдумывая ответ или сверяясь с инструкцией.
— Победа — это порядок. Без порядка наступит хаос, а хаос уничтожит всех нас. Ваша задача — устранить угрозу.

Я подошела к зеркалу и взглянул на свое отражение. Усталое лицо, глубокие тени под глазами и шрам на щеке — сувенир из прошлой «кампании». Я выглядела как герой войны, но внутри ощущала себя трусливым дезертиром, который просто слишком долго наблюдал за происходящим со стороны.

«Разделяй и властвуй», — всплыла в голове фраза из древнего трактата по политике, который мне удалось найти в руинах библиотеки три года назад. Те, кто управляет этим миром, не хотят нашего объединения. Им не нужен мир; им нужна контролируемая война. Потому что война — это лучший способ заставить людей забыть о том, кто на самом деле держит поводок.

Я взяла со стола стандартный армейский китель, привычно застегнула пуговицы и накинула ремень с кобурой. Тяжесть пистолета успокаивала — это была единственная реальная вещь в моем распоряжении.

— Сегодня я пойду другим путем, — сказала я Голосу .

— Это отклонение от маршрута может привести к неоправданным потерям ресурсов и времени. Рекомендуется следовать по отмеченной линии.

— Ресурсы можно восполнить, время — нет.

Я вышла из комнаты в общий коридор. Солдаты вокруг меня двигались синхронно, их лица были сосредоточены и пусты. Они видели цель там же, где её видел Голос : там, за горизонтом, где дымили развалины северных укреплений. Для них это была святая война. Для меня — утомительный ритуал.

В конце коридора стоял высокий офицер с идеально выглаженным мундиром и холодными глазами цвета стали. Он перехватил мой взгляд и едва заметно кивнул, приглашая подойти ближе.

— Опять спорите с системой? — тихо спросил он, так чтобы микрофоны в стенах не зафиксировали лишнего.

— Я пытаюсь понять смысл этой игры, — ответила я, останавливаясь рядом с ним.

Офицер усмехнулся, но в его глазах не было веселья — только усталость и бесконечное разочарование. — Смысла нет. Есть только процесс. Если ты перестанешь идти вперед, они просто заменят тебя кем-то другим. Кто будет таким же послушным инструментом разрушения...

— Я не хочу быть инструментом разрушения! — перебила я его, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость. — Почему мы должны постоянно что-то уничтожать? Почему нельзя просто... строить?

Офицер взглянул на меня с жалостью. — Потому что стройка требует ресурсов и времени. А война дает иллюзию действия здесь и сейчас. Ты хочешь стать созидателем в мире, который построен на руинах? Попробуй сделать это незаметно для них. Если заметишь что-то живое среди пепла — не сообщай командованию сразу.

Он передал мне маленькую металлическую коробочку с прорезью сверху.
— Это семена настоящего дерева. Не синтетического заменителя из лабораторий, а настоящего дуба. Посади их там, где никто не найдет. Если сможешь вырастить дерево в центре поля боя — значит, ты действительно что-то изменила в этом проклятом мире.

Я приняла коробочку, чувствуя её вес в ладони. Это было безумие — хранить семена в зоне активных боевых действий. Но именно это безумие сейчас казалось мне единственным здравым поступком за последние годы службы.

— Спасибо, — коротко бросила я и пошла дальше по коридору к выходу из бункера.

Голос снова зазвучал в моих наушниках:
— Солдат номер 111-Миледи, вы покидаете зону безопасности без санкции штаба. Пожалуйста, вернитесь на маршрут или объясните причины вашего отклонения.

Я сжала семена в кулаке так сильно, что края коробки врезались в кожу до крови.
— Причина в том, что этому миру уже не помочь оружием!

Я вышла на поверхность и зажмурилась от резкого солнечного света. Перед глазами плыли серые равнины и скелеты зданий, которые когда-то были городами. Где-то вдалеке гремели взрывы — очередная атака по северному рубежу началась без предупреждения даже для нас самих.

Но я не посмотрела в сторону огня и дыма. Вместо этого я начала искать место с наиболее влажной почвой среди обломков бетона и оплавленного металла — место для своего первого дерева в мире вечной войны.