Эмоциональные игры....

Я села. Макс сухо произнес: "Нет. На этом точка."

Его голос звучал как хлопок двери — коротко и окончательно. Я смотрела на него и не узнавала. Вот этот человек, который ещё вчера смеялся над моими шутками и писал длинные сообщения ночью, сейчас сидел передо мной с каменным лицом, будто вычеркнул меня из чего-то важного.

"Ты серьёзно?" — спросила я, и сама услышала, как глупо это прозвучало. Конечно, серьёзно. Макс всегда говорил то, что думал, и делал то, что говорил. В этом была его сила и, как я начинала понимать, его опасность.

Он не ответил. Просто отвернулся к окну, за которым догорал бледный вечерний свет. Молчание повисло между нами плотное, липкое, как августовский воздух перед грозой. Мне хотелось вскочить, крикнуть, встряхнуть его за плечи — заставить посмотреть мне в глаза. Но я осталась сидеть. Потому что характер — это не только умение говорить. Это ещё и умение промолчать, когда слова уже ничего не изменят.

Мне не оставалось ничего, кроме как встать и уехать домой.

Я поднялась медленно, словно двигалась в воде. Макс даже не повернул головы — так и сидел, отвернувшись к окну, будто меня уже не было в комнате. Может, для него и правда не было.

На улице уже стемнело. Я шла к остановке и чувствовала, как горят щёки — не от слёз, а от злости на саму себя. Зачем я пришла? Зачем вообще задавала вопросы, на которые и так знала ответы? Автобус подошёл через десять минут, пустой и тускло освещённый. Я села у окна, прижалась лбом к холодному стеклу и смотрела, как город плывёт мимо — размазанные огни фонарей, тёмные силуэты деревьев, чужие окна, в которых горел чужой свет.

Дома я долго не могла заснуть. Лежала в темноте и прокручивала в голове этот разговор снова и снова — каждое слово, каждый взгляд, каждую паузу. Потом надоело. Бессмысленно. Макс сказал "точка" — значит, точка. Хватит жевать это, как жвачку, которая давно потеряла вкус.

Утро принесло неожиданную ясность. Я проснулась с мыслью, что пора заниматься своими делами. На носу диплом, а я вместо того, чтобы писать его, ездила по чужим эмоциональным качелям. Диплом не напишется сам, и никто не напишет его за меня. Я открыла ноутбук, достала конспекты и впервые за долгое время почувствовала, что голова работает нормально — не занята Максом, не занята бесконечным разбором его слов, а просто... свободна.

Работу тоже нужно было искать. Я открыла сайты с вакансиями и стала просматривать объявления. Вариантов было много, но мне нужен был не просто первый попавшийся — а хоть что-то, что не мешало бы учёбе. Я разослала резюме в несколько мест, не особенно рассчитывая на быстрый ответ, и вернулась к диплому. Строчки складывались медленно, но складывались — и это уже было лучше, чем сидеть и ждать сообщения, которое не придёт.

Телефон лежал на краю стола, экраном вниз. Я поймала себя на том, что ни разу не проверила его с утра. Может, это и был тот самый характер, который я в себе так ценила — не громкий, не заметный, а тихий. Просто встать и делать своё.

Через пару дней я сделала то, чего не делала почти два года — зашла в социальные сети. Руки немного подрагивали, когда я набирала логин и пароль. Странное чувство — будто возвращаешься в квартиру, из которой съехала давно: всё знакомое, но уже не твоё. Лента стояла на месте, фотографии были старыми, статусы — чужими. Два года жизни прошли без моего участия.

Я обновила страницу. Поставила новую фотографию — обычную, без фильтров, без позирования. Потом стала листать ленту — без особой цели, скорее по привычке.

И тут посыпалось. Сообщения, уведомления — десятки, один за другим, будто кто-то открыл шлюз. "Где ты была?", "Аллет, ты где пропала?", "Мы тебя искали!", "Что случилось?" — лица и имена, некоторые знакомые, некоторые полузабытые. Я сидела и смотрела на экран, не зная, за что хвататься.

Постепенно, из обрывков разговоров, из чужих слов складывалась картина, от которой стало не по себе. Меня потеряли. Не неделю, не месяц — два года. Люди, которых я считала если не друзьями, то хотя бы знакомыми, просто вычеркнули меня из своей жизни, как будто я умерла. Никто не позвонил, никто не написал, никто не поинтересовался, куда я исчезла. А теперь — вот, проснулась, зашла в сеть — и сразу шквал: где, как, почему?

Я отложила телефон и долго смотрела в стену. Получалось, что два года я жила в каком-то вакууме — без подруг, без привычного круга общения. И никто за это время не пошевелился, чтобы найти меня. Только сейчас, когда я сама объявила о себе, все вдруг вспомнили, что я существую.

Зайдя в фейсбук, я увидела смс. Какого было мое удивление, когда я поняла, от кого. Сообщение было коротким: "Привет. Давно не виделись. Как дела? Как твой шов? Я очень старался, когда тебе его зашивал.

Мои пальцы замерли на клавиатуре. Я не ответила сразу, просто сидела, глядя на экран, где мерцало его имя. Почему он писал?

Я набрала ответ: "Привет. Да, давно. Дела идут. А у тебя как?" И отправила, понимая, что тем самым открыла дверь, через которую он мог войти в мою жизнь .

Это был , тот самый врач с приема в онкологии....