ГЛАВА 5. В одном направлении

Уши слегка заложило, когда скоростной лифт поднял его на тридцатый этаж за считаные секунды. Двери разъехались с мягким шипением, открывая вид на типичный офис крупной компании: панорамное стекло от пола до потолка, мягкий свет, заливающий всё вокруг. Девушка на ресепшене улыбнулась привычной, вышколенной улыбкой — из тех, что положены по должности. Игорь назвал имя и приложил бейдж — полученный ещё внизу — к считывателю. Девушка сверилась с монитором, кивнула и показала, куда идти:

— Вас ждут, Игорь Дмитриевич. Проходите по коридору налево, в самый конец.

За стеклянными дверями тянулся ряд дверей с матовыми стёклами. На той, что указала администратор, висела табличка с короткой надписью: «Рим». Внутри всё соответствовало уровню компании: длинный стол из тёмного ореха, удобные кожаные кресла, тёмные панели экранов на стенах и панорамное окно в полстены. За стеклом, далеко внизу, простиралась Москва — серая, затянутая осенней дымкой, с нитками дорог и коробками кварталов.

Игорь скользнул взглядом по дорогому убранству — орех, кожа, стекло, — но не задержался ни на чём. Он видел такие офисы десятками: у одних клиентов побогаче, у других победнее, но суть везде одна. Ему было всё равно. Он прошёл к окну и встал так, чтобы видеть входную дверь.

Ждать пришлось недолго — она бесшумно открылась ровно в полдень.

Павел Викторович Мартов выглядел как человек, умеющий организовывать не только бизнес, но и личную жизнь. Лет пятидесяти с небольшим, подтянутый, с аккуратной сединой на висках и уверенным, спокойным взглядом. Дорогой тёмно-синий костюм сидел на нём безупречно, но без показного лоска.

— Игорь Дмитриевич? — Мартов протянул руку.

— Да, — Игорь ответил на рукопожатие. Ладонь у Мартова оказалась сухой и твёрдой.

— Павел Викторович. Присаживайтесь.

Вслед за хозяином в переговорную вошёл второй мужчина — чуть моложе, с короткой стрижкой, в костюме попроще и с тяжёлым взглядом человека, привыкшего искать во всём подвох.

— Это Сергей Иванович Панов, начальник моей службы безопасности, — представил его Мартов. — Сергей от нашей встречи не в восторге, но я предпочитаю выслушивать разные мнения.

Панов сухо кивнул и, не подавая руки, сел в стороне, будто демонстрируя этим скепсис к происходящему.

— Мне вас рекомендовали как лучшего специалиста, — перешёл к делу Мартов. — Скажу прямо: мне нужен человек именно вашего уровня подготовки.

— Мне очень лестно, но предлагаю перейти к делу, — ровно ответил Игорь. — О чём конкретно речь?

— Речь об Испании. Подыскиваю себе объект на побережье. Есть интересный вариант, но продавцы давят. Слишком торопят. По бумагам — всё идеально, а меня учили верить не бумагам, а фактам. Я хочу съездить туда с семьёй на разведку. Осмотреть всё на месте, оценить обстановку.

— Сколько человек будет с вами? — спросил Игорь.

— Я, моя жена и её дочь. Падчерице двадцать. Я пробуду там неделю, потом вернусь в Москву — дела не отпускают. Женщины останутся на месяц.

— Ваша степень публичности и уровень угроз? — продолжил Игорь.

— В медиа не свечусь, в политику не лезу. Врагов, готовых на крайности, за собой не знаю — в моём бизнесе предпочитают давить через суды и регуляторов, а не силой. Но сделка крупная, за кордоном, и среди продавцов могут оказаться люди, которые привыкли решать вопросы не только в суде. Я хочу, чтобы рядом был человек, который понимает, как это работает, и сможет меня прикрыть, если что-то пойдёт не так. Ну и от «кидка» никто не застрахован.

Панов, до этого молчавший, слегка подался вперёд, недовольно морщась:

— У Павла Викторовича есть штатная охрана. Мы его сопровождаем не первый год. И всегда прекрасно справлялись.

Игорь перевёл на него спокойный взгляд:

— Вы отвечаете за привычные маршруты и протокол. Но за границей, если возникнет нестандартная ситуация, ваша команда будет неэффективной.

Панов сжал челюсти, но возразить было нечего. Подобное утверждение он, как профессионал, понимал. Однако не удержался и спросил язвительно:

— А вы уверены в своей эффективности?

— Да. Могу. Если понадобится — решу.

— Именно поэтому я вас и пригласил, — вмешался Мартов, подавляя возникшее напряжение. — Мне нужен человек, разбирающийся в европейской специфике. Мне сказали, что вы именно такой специалист.

— Я всё же не до конца понимаю необходимость в моих услугах, — сказал Игорь. — Вы кого-то опасаетесь?

— Упаси бог, — хмыкнул Мартов. — Мне просто важен взгляд со стороны опытного человека. Вы ведь можете оценить обстановку вокруг сделки? Так сказать, общее впечатление. От места, объекта, от продавцов. Люди говорят, что вы видите мошенников издалека. Что у вас нюх. Ну и личную безопасность обеспечить.

— Нюх бывает у собак, — отрезал Игорь. — Но я понял, что вы имеете в виду. Я согласен. Мне нужен полный доступ к информации по объекту и продавцам до вылета. Если меня что-то не устроит на этапе подготовки — я откажусь. Второе: в Испании вас должны охранять только местные. Задачи им ставлю я. Я лечу с вами как личный советник по юридическим вопросам и комплаенсу. Костюм, папка, место за столом сделки рядом с вами. Я ваши глаза и уши, координирую испанскую команду. Если что — выведу по чистому коридору. Если нужна полная безопасность — арендуем бронированный Audi A8. За рулём местный водитель, прошедший спецкурс. Наша защита в броне, скрытности и маршрутах от отеля до места сделки. Отдельно — информационный купол. Если сделка достаточно крупная, испанцы будут копать. Ваши телефоны останутся в сейфе отеля, для связи — отдельная трубка с шифрованным каналом. Все помещения проверяем детектором поля. На случай форс-мажора — медицинская эвакуация. Точки госпиталей, VIP-страховка с санавиацией, частная скорая через четыре минуты. Вы летите думать о цифрах. Я делаю так, чтобы местные риски и испанская специфика вам в этом не помешали.

Мартов всматривался в него несколько секунд, словно что-то взвешивая в голове. Затем кивнул:

— По рукам. Сергей предоставит вам все материалы сегодня к вечеру. Вылет через десять дней. Аванс получите сразу после подписания договора.

Они поднялись. Игорь обменялся рукопожатием с Мартовым. Панов так и держался на расстоянии, хотя явного негатива Игорь к себе уже не чувствовал. Профессиональные границы были расставлены.

Выйдя из башни на улицу, Седов на мгновение задержался на ступенях. Прохладный осенний ветер крутил у подножия небоскрёбов сухую листву.

Сделка выглядела обычной, задача — понятной. И, что сейчас было важнее всего, этот контракт давал легальный повод уехать на время и переждать.

***

Панов прислал файлы ближе к девяти вечера. В папке находилась полная документация по объекту: поэтажные планы виллы, схемы территории, списки обслуживающего персонала, контакты местной управляющей компании и даже отчеты по криминогенной обстановке в районе Марбельи за последние два года.

Игорь провёл за монитором почти четыре часа. Он не просто листал бумаги — он выискивал возможные подводные камни. Усадьба в Марбелье, которую присматривал Мартов, стоила тридцать восемь миллионов евро. Не самая дорогая на Золотой Миле, но и не из тех, что продаются по объявлению. Такие сделки не заключаются по фотографиям.

Объект действительно выглядел цивилизованно: закрытый комплекс на первой линии, въезд через КПП, собственный выход к морю. Частный пляж, огороженный от посторонних, с причалом для небольшой яхты. Тишина, вода, охрана на входе — всё, что нужно человеку, который устал от города и хочет кусок тишины на старость.

Параллельно Игорь закрывал свои московские дела. Отменил пару мелких встреч, перевёл рабочие контакты в режим «в отъезде», дал указания доверенному человеку по присмотру за коттеджем. Ехать с тяжёлым багажом он не любил: один неброский чемодан и небольшая кожаная дорожная сумка с ноутбуком и личными вещами.

Для Игоря последние дни перед вылетом прошли в рабочей обстановке. Он чувствовал, как городская суета постепенно отходит на второй план, уступая место холодной, привычной собранности — той, что всегда приходила перед новым делом.

***

После визита следователя в доме стало тихо — не спокойно, а именно тихо. Лиза ходила на цыпочках, Маша почти не выходила из комнаты, а Георгий Алексеевич впервые за много лет не мог сосредоточиться.

Маша сидела у окна, глядя во двор. Синяки уже начали желтеть, ссадины подсохли, а внутри всё ещё стоял неприятный звон — ровный, нудный, как пила. Дом, который раньше казался ей самым безопасным местом на свете, теперь был наполнен унизительной жалостью и настороженным пониманием родных. Это раздражало и не давало забыться.

Георгий Алексеевич не умел смотреть, как страдает дочь. Он вообще не умел смотреть, как страдают, — ни дочь, ни кто-либо другой. Он умел действовать.

После обеда Корнев позвал жену в кабинет.

— Мы уезжаем, — сказал он, не поднимая глаз от бумаг. — На месяц. В Испанию.

Лиза на секунду замерла — а потом улыбнулась. Сейчас она уже мысленно выбирала, что надеть в Испанию.

— Сейчас? У тебя же сделка в четверг...

— Сделку закроют замы. — Он поднял на неё тяжёлый взгляд. — Маше нужно сменить обстановку. Здесь она каждый день будет вспоминать эту историю. Нам всем полезно съездить к морю.

— Куда? На нашу виллу в Сотогранде?

— Нет, в Сотогранде сейчас ремонт, там шум и строители, — ответил Георгий. — Я присмотрел вариант в самой Марбелье — закрытый комплекс, тихо, тёплое море. Прямых рейсов в Европу нет — летим частным бортом через Стамбул. Там короткая пересадка на Малагу, и далее на машине.

Лиза устала от чужой боли — она вообще плохо переносила чужую боль, особенно когда та требовала внимания от неё. Поездка на юг Испании, да ещё и частным бортом, вполне вписывалась в её представления о правильном времяпрепровождении.

Маша, когда отец вошёл к ней и сообщил про Испанию, спорить не стала. Впервые за эти дни она подняла глаза — и в них что-то шевельнулось.

— В Испанию? — тихо переспросила она.

— Да, Машенька. Море, солнце, тишина. Отойдёшь потихоньку. — Он обнял её за плечи и осторожно поцеловал в макушку. — Собирайся. Вылетаем в конце недели.

Она кивнула. Мысль вырваться из Москвы, из этого дома, где каждый угол помнил поездку в клинику и разговор с следователем, показалась ей спасительной.

***

День вылета выдался серым и ветреным. Внуково-3 встретил привычной для терминала бизнес-авиации тишиной: дорогие иномарки у входа, бесшумные официанты, неторопливые пассажиры в кашемировых пальто.

Игорь приехал за полтора часа до назначенного времени. Он уже прошёл досмотр и сидел в глубине зала ожидания, когда в двери вошла группа Мартова. Павел Викторович шёл первым, увлечённо разговаривая по телефону — не о деле, судя по интонации, а о чём-то светском. За ним следовала его супруга Елена — подтянутая женщина с холёным лицом и независимым взглядом, из тех, кто привык, что на неё смотрят. Чуть позади, уткнувшись в экран смартфона, шагала её дочь.

Игорь скользнул по падчерице Мартова беглым профессиональным взглядом. Длинные тёмные волосы, свободное худи, дорогие кроссовки, на лице — лёгкая скука человека, которого везут туда, куда он сам не очень стремился. Он это отметил и отложил в сторону — пока не время.

Рядом держался Панов, внимательно контролируя погрузку багажа. В его движениях не было суеты, но чувствовалась привычка: он всегда ставил себя так, чтобы видеть и вход, и свой объект одновременно. Игорь это отметил — и отложил тоже.

Мартов закончил разговор и обернулся к жене:

— Чего хмурая? Волнуешься?

— С чего бы? — Елена слегка повела плечом. — Просто не люблю пересадки.

— Стамбул — единственный рабочий маршрут, зато стыковка полчаса, — успокоил Мартов.

Она ничего не ответила. Он и не ждал. С Еленой в последнее время вообще редко удавалось поговорить так, чтобы она слушала, а не ждала, когда он закончит.

Он перевёл взгляд на падчерицу. Двадцать, красивая, эгоистичная, привыкшая получать всё по щелчку пальцев. Мартов не испытывал к ней эмоций: ровное, нейтральное отношение, как к неизбежной части брака с Еленой.

А еще через десять минут через центральный стеклянный холл терминала прошла другая группа. Корневы летели отдельно, со своей охраной и своими делами.

Игорь машинально качнул головой, фиксируя входящих. Впереди шёл широкоплечий мужчина в расстёгнутой куртке — лицо, которое Игорь накануне пробивал через файлы базы данных. Георгий Корнев.

Рядом с ним шла молодая эффектная женщина в легинсах и спортивной куртке, а чуть позади — девушка в глубоком капюшоне и тёмных очках, скрывавших половину лица. Шея девушки была плотно замотана шелковым шарфом.

Корнев коротко кивнул администратору VIP-зоны, и его семью сразу провели в отдельный изолированный кабинет на втором уровне терминала.

Игорь на секунду застыл, провожая взглядом силуэт Корнева. Внутри прошёл короткий холодный разряд. *Надо же, какое совпадение,* — подумал он, незаметно поправляя воротник. Он не видел лица девушки под капюшоном, но сомнений не было — это была Мария Корнева.

Судьба словно с насмешкой сводила фигуры на одной доске. Но Игорь тут же взял себя в руки: Корневы летели отдельно, со своей охраной и своими делами. В огромном загородном кластере Марбельи шансы пересечься нос к носу были минимальны.

Панов подошёл к Игорю, дав знак, что их экипаж готов к посадке.

Игорь поднялся, подхватил свою небольшую дорожную сумку и пошёл вслед за семьёй Мартова к выходу на поле. Контракт вступил в свою активную фазу.

Два частных борта с интервалом в пятнадцать минут поднялись в серое московское небо, взяв курс на юг.